"Решала" рвется в омбудсмены или как задушить бизнес Севастополя?

22 января, 2021 - 12:41

В Севастополе вновь вакантна должность бизнес-омбудсмена. Законодательное Собрание объявило начало процедуры приема предложений о кандидатах на должность Уполномоченного по защите прав предпринимателей, а у самих представителей бизнеса началась легкая паника после того, как стали известны фамилии некоторых выдвиженцев, пишет Форпост-Севастополь.

В связи с досрочным прекращением полномочий Уполномоченного по защите прав предпринимателей в городе Севастополе Законодательное Собрание города Севастополя проинформировало о начале приема предложений о кандидатах на замещение указанной государственной должности города Севастополя. А поскольку предложения о кандидатах на должность Уполномоченного принимаются от субъектов права законодательной инициативы, то некоторые желающие занять этот почетный пост уже засуетились в поисках «покровителей», дающих право на выдвижение. И, как стало известно Форпост–Севастополь, первым в высокие круги отправился проситься, конечно же, «общественник – решала» Иван Комелов.

И это становится уже даже не смешным. Напомним, закон «Об Уполномоченном по защите прав предпринимателей в Севастополе» был принят и подписан еще в декабре 2016 года. В мае 2017 года в Заксобрании впервые рассматривался вопрос о назначении на эту должность. И единственным претендентом на нее отправился профессиональный общественник Иван Комелов, кандидатура которого депутатским корпусом поддержана не была.

С тех пор куда только не пытался пролезть Комелов, чтобы «решать» свои и поручаемые ему коррумпированными структурами вопросы, не на общественных началах, а прикрываясь должностью. И в Заксобрание, и в муниципалы, и в Лидеры России. Удалось «проникнуть» лишь в кадровый резерв правительства города, но с очень мутными перспективами завладеть серьезной должностью. А, между тем, аппетиты в этом плане у Ивана мощные.

Так, свои намерения продолжать давить на бизнес, Комелов подтвердил совсем недавно, когда в ходе очередного пленарного заседания Законодательного Собрания Севастополя он, как представитель партии, не вошедшей в парламент («Родина»), воспользовался возможностью выступить с трибуны. Его выступление фактически сводилось к тому, что в городе нужно «провести модернизацию структурирования органов исполнительной власти, уполномоченных на распоряжение, контроль и охрану земель Севастополя». Для этого, говорил Комелов, «нужно создание специализированного уполномоченного органа».

Причем, хотел Комелов, чтобы этот орган контролировал использование всех земель города, то есть не только находящихся в муниципальной собственности, но даже и федеральной. А в докладе подчеркнул, что пора пересчитать земельные участки как юридических, так и физических лиц. То есть тотальный контроль, независимо он формы собственности и ведомственной принадлежности!

Естественно, бизнес сообщество было возмущено предложением вечного общественника Ивана Комелова о создании нового контролирующего органа, тем более, с намеком, что он может его и возглавить.

Впрочем, вице-губернатор Алексей Парикин назвал это «умное» предложение общественника не только безграмотным, но и создающим платформу для коррупции. На чем и была поставлена точка.

Кто будет «впрягаться» в кандидатуру Комелова на новых выборах Уполномоченного, пока не известно. В предпринимательских кругах поговаривают, что владелец «команды Ч» этого делать не будет. Все устали от Ивана. Кроме, пожалуй, восторженного молодого депутата Антона Пархоменко, обладающего правом законодательной инициативы.

А вот другая кандидатура, уже обсуждаемая на выдвижение Уполномоченного, будет посерьезней. Называется фамилия ныне руководителя Аппарата Заксобрания Олега Козюры.

Что тут не так? Заслуженный человек, судя по открытым данным – полковник полиции, начавший свою службу в органах внутренних дел на должности младшего инспектора, дослужившийся до начальника Управления МВД Украины в городе Севастополе и возглавлявший ФМС России по городу Севастополю. Но только предприниматели города называют такое возможное выдвижение «полицейской историей».

В послужном списке Олега Козюры есть, например, такие должности как начальник управления налоговой милиции или начальник сектора Государственной службы борьбы с экономической преступностью. А это для предпринимательского сообщества как – то не Comme il faut! Ну, то есть, полковник хорошо знает бизнес, но только — с другой стороны.

Но это еще не все. Олег Козюра был назначен на должность руководителя Аппарата Закобрания во времена тотального контроля местного парламента олигархом Алексеем Чалым. То есть можно предположить, что это была его креатура. А как поступают «чаловцы» с городом, можно напомнить еще раз. Первым сбежал от доверивших ему свои голоса севастопольских избирателей сам олигарх, незамеченным покинул депутатство со словами «я устал, я ухожу» «чаловец» Соловьев. Екатерина Алтабаева, выигравшая выборы на одном из участков Гагаринского района и на которую в решении своих проблем рассчитывали тысячи горожан, отправилась красиво сенаторствовать. Да и сам экс-уполномоченный Тимофей Смирнов при выдвижении на должность получил 13 «чаловских» голосов, обойдя трех конкурентов. Ну и где он теперь? По неизвестным причинам ушел с поста «по собственному», тем самым вновь оставив предпринимателей без защиты.

А, между тем, его выборы были первыми успешными в истории росиийского Севастополя. До этого избрать бизнес-омбудсмена у Заксобрания никак не получалось: кандидаты не могли набрать простого большинства голосов депутатов. Происходит это потому, что те самые наделенные правом выдвигать кандидатов лица не слишком прислушиваются к мнению предпринимательских объединений. Предприниматели же имеют право лишь поддерживать выдвинутых не ими кандидатов, направляя письма в Заксобрание.

В итоге, в должность вступают не грамотные специалисты и настойчивые в продвижении интересов бизнес-интересов, а значит, экономической безопасности города, личности, а просто чьи – то «креатуры» с мнением которых чиновники просто не считаются.

Петр Мамонов, Форпост-Севастополь.ru

Получайте новости быстрее всех Подписывайтесь на нас

Страницы

Добавить комментарий

Севморпорт: есть ли жизнь после санкций

Администрация порта рассказала "Объективу" о его нынешнем положении и планах по развитию

Севастопольский морской порт переживает одну из самых печальных страниц за всю свою более чем полувековую историю: санкционный режим в десятки раз уменьшил грузоперевалку и поставил под вопрос рациональность сохранения существующих мощностей порта. Судовладельцы и транспортные компании попросту боятся заходить в гавани полуострова – для них это риск оказаться изгоями для всех западных портов.

Тем не менее, возможным спасением для Севастопольского порта станет развитие товарооборота с сирийской провинцией Тартус, о налаживании которого сейчас ведутся активные переговоры. К слову, первая партия зерна из Севастополя в Сирию уже отправлена.

Еще одним спасательным кругом может стать развитие непрофильной деятельности на территории порта, в частности ,создание рыбных рынков и супермаркетов, а также связанных с морским кластером производств.

О том, насколько тяжело выживать в условиях санкций и разрыва привычных логистических связей, есть ли надежда на помощь государства, "Объектив" беседовал с исполняющим обязанности директора порта Михаилом Пронниковым.

- Не секрет, что после перехода Севастополя под российскую юрисдикцию значительно упали объемы грузоперевалки через Севморпорт по сравнению с уровнем 2013 года. Каковы эти показатели сейчас?

- В 13-м году существовало несколько портов, и у каждого из них был свой грузооборот, поэтому сопоставимых значений в принципе нет. Проектная мощность нашего порта - 4,5 миллиона тонн в год. В лучшие годы, по нашей информации, перевалка составляла 2,5 миллиона тонн в год. Для примера: перевалка в 15-м году составила 230 тысяч тонн, небольшой прорыв был у нас в 16-м году - 316 тысяч тонн, в 17-м году - опять 235 тысяч тонн. То есть если говорить об устоявшихся средних показателях, то это 230-270 тысяч тонн в год - в десятки раз меньше, чем расчетная мощность порта и чем те показатели, которые были в лучшие годы его существования.

Снижение показателей перевалки грузов связано с опасением судовладельцев работать через Крым. Мы активно работаем над увеличением грузопотока. На сегодня мы запустили перевалку зерна. Только по зерну у нас годовые показатели должны составить порядка 230-270 тысяч тонн в год. Остальные поставщики пока что остаются на том же самом уровне, что и в предыдущие годы.

Но следует понимать, что мы ни в коем случае не плачемся, а выстраиваем собственную бизнес-стратегию, оптимизируем мощности. Учитывая все ограничения, мы выстраиваем новую разумную конструкцию, которая позволит бизнес-процессы порта сделать оптимальными и вывести порт на безубыточную работу, при этом максимально сохранив наши мощности.

- Вы можете пояснить, почему именно судовладельцы и транспортные компании опасаются захода своих судов в крымские порты?

- Прежде всего это угроза попасть в санкционный список транспортных средств и компаний. Это могут быть европейские, американские либо украинские списки. Помимо этого, есть угроза для собственника и экипажа судна попасть на всем известный сайт "Миротворец". Этот сайт вопреки всем нормам международного права работает. Судно или судовладелец, попавшие на этот сайт, автоматически попадают в санкционные списки. Получается, суда, зашедшие в Крым или в Севастополь, не смогут заходить в порты, поддерживающие режим санкций. Конечно, есть ряд государств, в том числе большинство африканских стран, которые не поддерживают санкционные ограничения против Крыма и Севастополя. Но логистика – это очень сложный процесс. Морские перевозки требуют периодического захода в порты для того, чтобы пополнить ресурсы, для текущего ремонта судна, и тут судовладелец может столкнуться со значительным количеством ограничений. Отсюда и боязнь крупных компаний работать с Крымом и Севастополем.

- Может ли государство в такой тяжелой ситуации оказать поддержку нашим портам: стимулировать судовладельцев, работающих с Крымом, или, напротив, ввести какие-либо санкционные меры за отказ сотрудничать?

- Скорее всего, да. Сейчас, например, в Госдуме обсуждается закон, направленный на антисанкционные меры. Вплоть до того, что компании, отказавшейся сотрудничать с Крымом и Севастополем, будет грозить не только административная, но и уголовная ответственности. Правда, есть достаточно крупные компании, которые, пренебрегая санкционным режимом, работают по всему миру, где это возможно. В данном случае идет прямая поддержка бизнесом государственной политики.

- Ваша субъективная оценка, кому тяжелее выживать в условиях санкций: крымским портам или севастопольскому порту.

- Мы находимся в одинаковых условиях. Недавно прошел 6-й Морской бизнес-форум: у нас идентичные проблемы во всех аспектах. Сказать, кому легче, кому тяжелее, сложно. Все работают, все стремятся реализовать свой потенциал, мощности у всех переразмеренные для текущей загруженности. В то же время резкое сокращение и потерю этих мощностей все считают недопустимой, поэтому ищут различные варианты их применения и использования, в том числе с заведением на территорию портов непрофильных направлений. Возможно, создание каких-то производственных мощностей, которые завязаны напрямую на морские перевозки. Мы готовы входить в совместные проекты, готовы участвовать, готовы помогать. В первую очередь, предоставляя свою инфраструктуру, свои компетенции по обеспечению транспортной составляющей.

- Стоит ли ожидать увеличения грузопотока через порт с запуском полноценного движения по Крымскому мосту и железнодорожному мосту?

- Для начала стоит отметить, что строящаяся федеральная трасса "Таврида" все-таки к нам придет со своими грузами. Работа с поставщиками стройматериалов для "Тавриды" (щебень, песок) сейчас активно идет. Текущая транспортная инфраструктура, в частности, железнодорожная, по которой привозят строительные материалы, упирается в пропускную способность парома. Соответственно, есть проблемы. Автотранспортом тоже достаточно сложно перевозить, и пока мост имеет ограничения по грузовой перевозке, мы наряду с крымскими портами можем обслуживать строительство "Тавриды". После запуска моста и его выхода на проектную мощность, а также запуска железнодорожного моста мы ожидаем активизацию других бизнес-потоков.

- Недавно был дан пуск перевалке зерна в Сирию через порт. Ранее говорилось о возможности перевалки фруктов из Сирии, а также стройматериалов. Есть ли понимание, пойдет ли этот поток через наш порт?

- У нас есть активное встречное движение Севастополя и провинции Тартус. Сирия заинтересована в большом объеме поставок с нашей стороны – это строительные материалы, хлеб, они же готовы поставлять нам фрукты, соки, продукты переработки фруктов. Мы готовы работать с Сирией, но при условии, что будет флот, который обеспечит этот трафик. Конкретные показатели грузоперевалки, которых бы хотелось достичь в результате соглашения с Тартусом, назвать сложно, потому что все еще в стадии проработки. Была поездка делегации из Севастополя в Сирию, сейчас мы ожидаем ко Дню ВМФ ответный визит сирийской делегации. Будет более детальная проработка вопросов экономического взаимодействия. Но, на самом деле, проблема взаимодействия связана больше с бизнесом, который готов обеспечивать грузопоток как таковой. У порта мощности очень большие. Мы готовы обеспечить перевалку практически любых товаров, продуктов, которые будут идти в Сирию и обратно, но соответствующие бизнес-цепочки должны быть выстроены. Это не профильная задача для порта, это профильная задача для бизнеса, который готов поставлять и готов покупать. С нашей стороны есть инфраструктурная готовность в полном объеме.

- Было анонсировано развитие определенных коммерческих проектов на территории порта: речь шла о рыбном рынке, торговом комплексе и офисном здании. Как на данный момент обстоят дела с этими проектами?

- Порт, в первую очередь, занимается инфраструктурным обеспечением, то есть предоставляет причалы, услуги швартовой команды, непосредственно перевалку – то есть всю ту инфраструктуру, которая обеспечивает поток грузов. Дальше, если мы говорим о рыбном рынке, то это очевидное направление. Но при этом под проектом "рыбный рынок" необходимо понимать не просто место реализации рыбы, а комплексный логистический проект, который начинается на причале порта и заканчивается у потребителя. То есть должна быть создана цепочка поставки рыбной продукции, которая вылавливается в Черном море. Должен появиться бизнес, который готов ставить холодильные установки, иным образом производить первичную или окончательную переработку либо заниматься прямой реализацией свежей рыбы и морепродуктов. Мы готовы помогать, мы готовы обеспечивать, у порта есть достаточные территории, которые при согласовании с городом можно реновировать. Например, построить и открыть здесь специализированный рыбный торговый центр. Но рыбный рынок – это не проект порта, это бизнес-проект. Вот когда он появится, все остальное заработает. Сейчас у нас рыболовы ходят, свой улов они через порт перегружают. Но стоит понимать, что рыба – это скоропортящийся продукт, то есть будет она заморожена, будет она реализовываться на территории Крыма, будет поставляться в заведения общественного питания - вся эта логистическая цепочка должна быть построена и налажена. Должен быть сформирован пул потребителей, должен быть оператор, который этими процессами будет управлять.

(Фото на превью: morvesti.ru)