Наверх
Новости Севастополя и Крыма

руб.

руб.

Добавить в закладки
Вторник, 19 Сентябрь 2017 13:05
5145
18
0
0

Новый севастопольский сенатор в 1988 году таранил американский эсминец

Оцените материал
(0 голосов)

Новый сенатор в Совете Федерации от правительства Севастополя Валерий Куликов, назначенный указом губернатора Севастополя, участвовал в знаменитом таране американского эсминца в 1988 году.

Этот факт в биографии сенатора был опубликован в журнале «В мире TEL» №1(09) 2008 г., статья «Черноморские герои». В день инцидента Валерий Куликов был старпомом сторожевого корабля "Беззаветный".

В 1988 году крейсер УРО «Йорктаун» и эсминец «Кэрон» 6-го флота США, пройдя через проливы Босфор и Дарданеллы, решительно направились к берегам Крыма со стороны Севастополя. Американский дуэт кораблей демонстративно вжимался в советские территориальные воды.

Встречать западных коллег вышли сторожевые корабли «Беззаветный» и СКР-6.  

 etjj

После обмена радиопосланиями, в которых стороны обвиняли друг друга в нарушении международных правил судоходства, и произошел известный инцидент. О том, что происходило далее, на страницах издания рассказывает Валерий Куликов:

«…Командир мне говорит: «старпом проверь в низах – должно работать все оружие, и становись за рулевым. Если что – перехватишь управление». Я во время тарана стоял за спиной рулевого, держа руки поверх его рук, лежащих на штурвале. Рулевой сработал без замечаний.

Перед тараном — команда по кораблю: «всему экипажу надеть спасжилеты, при себе иметь удостоверения, партбилеты» (на случай экстренного покидания корабля). Никто из моряков во внутренних помещениях спасжилетов демонстративно не надел. Наоборот — быстро переодевались в первый срок. Все стояли на боевых постах. А лейтенанту, который прибежал в кормовую аварийную партию в спасжилете, с чемоданчиком в руках и удостоверением в зубах (готовый к эвакуации) тут же набили морду. Причем его же подчиненные — годки.

Второй лейтенант, который убежал с боевого поста в надстройку (поближе к вероятному месту эвакуации), также был немедленно бит матросами. Более случаев робости на корабле не было.
Через пару дней после тарана, на построении, смотрю — два лейтенанта стоят с фингалами. Когда разобрались, в чем причина битых лейтенантских физиономий — дело замяли. Весь остальной экипаж действовал безупречно и отважно. Так, например, минер (командир БЧ-310 старший лейтенант Катушенко Владимир Иванович) выгнал с торпедной площадки моряков (укрыв их в надстройке) и сам на виду у американцев набивал воздух в боевые баллоны торпедных аппаратов.

 

 

Когда мы подходил с кормы — мама дорогая! — наш ходовой мостик на уровне их палубы. Такая махина!!!. И американцы с надстроек нас фотографируют и снимают на видеокамеры, и еще большие пальцы показывают, типа: «хорошо плывешь, туземец». Как хоть какую-то угрозу, они нас в расчет не принимали. Очень было огорчительно. Когда ударили первый раз — несильно, вскользь; они просто замерли кто где стоял. Ощущение такое, что глазам своим не поверили- что все это происходит на самом деле. А когда мы отскочили, приосанились, «дали» второй раз уже серьезно и нос нашего корабля полез на палубу крейсера, у них начал заваливаться ударный ракетный комплекс «Гарпун» (он на корме находится, у самого транца).

Мы еще поднажали и куски пусковой установкой просто полетели за борт и к нам на палубу. Вот тут я впервые (и с чувством глубокого морального удовлетворения) увидел испуганные американские физиономии. Мы почти в упор видели их квадратные глаза. И через секунду — как рванут с места, стали разбегаться, прятаться в надстройку. Вот это уже было совсем правильно.

А у нас корабль дрожит, как припадочный, в носу — хруст разрываемого металла, короткие замыкания. Наш якорь вывалился им на ют, елозит по палубе, все крушит. Звезда с нашей правой скулы оторвалась, тоже прыгает по палубе крейсера. У нас на правом шкафуте валяется крышка от контейнера «Гарпуна», у обоих кораблей летят леерные стойки, и всю эту картину разрушения оживляют разбегающиеся американцы! Красота!

Расцепляемся с американцем и он «Вулкан-Фаланкс» (такой 6-ти ствольный агрегат со скорострельностью 80 снарядов в секунду) опускает вниз и наводит нам на ходовой мостик. А этой машинкой наш корабль за минуту напополам перепилить можно. У меня мысль: вот он — конец моей блестящей карьеры… Все, что от меня останется можно будет собрать в ботиночную коробку. Мы тут же накололи «осы», они выпрыгнули из погребов, и четыре ракеты уставились на крейсер. В корме две АК-726 (спаренные 76-мм артустановки) выполнили наведение. Ну и минер наш на виду у изумленной американской публики (он стоял на верхней палубе у торпедных аппаратов, и все его действия американцы прекрасно видели) начал быстро ворочать торпедные аппараты, наводя их для залпа в упор в борт «Йорка». Тут уже «Вулканом» не побалуешься. Пока они нас угробят (считаем — секунд за 30-40), в ответ всяко четыре ракеты, две-три торпеды и десятка два 76-мм снарядов получат. Вряд ли мы этого монстра утопили бы, но из строя бы вывели навсегда.

taraf

Хотели таранить в третий раз, а у нас уже дырка в полморды, все отделения ГАК 14 затоплены, корабль ход теряет. Отстали. Американец удрал из наших территориальных вод с похвальной резвостью. Повез куски нашей обшивки на свою историческую родину. А нам на память оставил обломки своего ударного комплекса. Вот такой натуральный обмен получился.

С боцманом пошли вниз, а там картина из сериала «Звездные войны». Корабль как консервным ножом вскрыт. Через дыры в скулах наблюдаем море под ногами. Одного борта от клюзов до надстройки практически нет, нос в сторону свернут, гидроакустическая станция пробита, вода поступает в носовые отсеки. У нас же толщина борта 8 мм, а на крейсере дюймовая броня.

А тут еще узнаем, что наш собрат по слежению — СКР-6, пока мы с «Йорктауном» разбирались (чего это он без стука в чужую хату заходит), в свою очередь умудрился протаранить эсминец УРО «Кэрон». Как он исхитрился это сделать — не знаю. У него и ход ниже, и сам он раз в пять меньше эсминца, и оружие у него доисторическое (ракет вообще нет), и сам он уже старенький, как ботик Петра Первого. Ну, значит, не одни мы такие камикадзе.

Возвращаемся в базу «на честном слове и на одном крыле». На причале уже стоит группа встречающих — в основном из особого отдела. Как только пришвартовались, на борт поднимаются компетентные товарищи, у нас изымают всю документацию объективного контроля, командира сажают в УАЗик, увозят в штаб флота, а затем — на Качинский аэродром, и военным бортом — в Москву. Никто не знает — герои мы или преступники, или кто вообще… СКР стоит у минной стенки, из начальства никто не заходит, корабль как прокаженный. Ждем, чем все это кончится, готовимся и дырки для орденов вертеть, и сухари сушить. Что с командиром — не знаем, увидим ли мы его, или он сразу по этапу пойдет.

Возвращается командир из Москвы. Заходит на корабль, выбегаю встречать. Он подмигивает, отворачивает борт шинели, а у него там — Орден Красной Звезды! Ну и все! Поступила команда нас любить. И каждое утро — делегации, прием пионеров на борту СКР «Безудержный», ветераны. С утра выходишь на построение, на подъем флага, а на стенке уже стучат пионерские барабаны, прибыла очередная команда в пионеры вступать. Командир настолько утомился выступать перед восхищенной публикой, что попросил меня написать ему короткую дежурную речь, которую он поначалу зачитывал, а потом практически выучил наизусть. Ну и экипаж после этого случая служил так, что просто песня… Ни одного замечания, кораблем гордились страшно, офицеров слушали, как папу с мамой. А двух побитых лейтенантов мы списали, им уже жизни в экипаже не было…»

Новости Севастополя и Крыма - газета "Объектив"

Медиа

Интересно (18)
Актуально (3)
Не актуально (0)
Не интересно (0)
Поделиться:
Популярные новости:

Новости Севастополя

Будь в курсе новостей!

Подписаться на рассылку
НЕ ПОКАЗЫВАТЬ БОЛЬШЕ ЭТО СООБЩЕНИЕ